Миграционная способность минералов россыпей и граничные условия среды россыпеобразования

12.08.2019

Кластогенная (обломочная) природа россыпей и их принадлежность к седиментогенной серии, по классификации В.И. Смирнова, заставляет рассматривать их как составную часть общего миграционного потока вещества на поверхности Земли от источника сноса в конечные бассейны седиментации. Процесс формирования россыпей, в основе которого лежит разделение обломочного материала по крупности, плотности и гипергенной устойчивости, представляет собой отбор и относительную концентрацию минералов (обломков), характеризующихся низкими уровнями энергии кристаллических решеток, или энергетическими константами минералов. Такой подход к объяснению россыпеобразующих процессов удовлетворяет одному из общих принципов физики твердого тела, согласно которому наиболее устойчивым является состояние вещества с максимальными энергиями кристаллической решетки.

Разными авторами предлагались различные способы сравнительной оценки миграционной способности и сохранности россыпеобразующих минералов. Представления об их миграционной способности, под которой понимается способность минералов сохраняться в россыпях в условиях переноса и переотложения, составляет одно из базовых понятий геологии россыпей. А.А. Кухаренко одним из первых сделал попытку обосновать миграционные свойства минералов и предложил считать сравнительной мерой миграционной способности последних максимальное расстояние, на которое минерал может быть перенесен потоком, сохраняясь в пределах песчаной размерности (> 0.1 мм). Забегая вперед, обратим внимание на то, что этот параметр, как и многие другие понятия геологии россыпей, учитывает свойства и закономерности миграции минералов преимущественно псаммитовой размерности, оставляя вне поля зрения крупнообломочные и дисперсные выделения россыпеобразующих компонентов. Согласно А.А.Кухаренко, миграционная способность минерала L прямо пропорциональна его абразионной прочности H и устойчивости к выветриванию W и обратно пропорциональна плотности d, а также зависит от формы зерна, в частности его анизометричности ф, и смачиваемости а, что выражается эмпирической формулой: L=f(HWфa/d).

Прочное место в отечественной литературе занял предложенный Н.А. Шило показатель гипергенной устойчивости минералов: Кгу=lg(рН), представляющий собой безразмерную величину, исчисляемую как логарифм произведения двух основных свойств минерала: твердости (H), отражающей энергетическое состояние структуры минерала, и плотности (р), т.е. упаковки атомов в кристалле.

Указанные показатели позволяют установить и некий обобщенный миграционный ряд минералов в россыпях ближнего сноса: гатчеттолит-микролит-киноварь-пирохлор-танталит-вольфрамит-шеелит-малакон-колумбит-поликраз-касситерит-ильменит-самарскит-фергусонит-лопарит-эвксенит-золото-платина.

Большинство эмпирических показателей устойчивости и миграционной способности, в том числе и приведенные выше (равно как и миграционный ряд), основаны лишь на свойствах самих минералов, но не учитывают динамических параметров транспортирующей среды, которые только в условиях руслового потока, как показал Н.В. Разумихин, варьируют в широких пределах. Еще существеннее меняется миграционная способность минералов при переходе к другой транспортирующей среде (например, в условиях ламинарного потока или в воздушной среде). Широкий диапазон условий, а которых реализуется миграционная способность россыпеобразующих минералов, подтверждается также многочисленными экспериментальными исследованиями в лабораторных и натурных условиях. Новые экспериментальные данные получены в последнее десятилетие и для моделей, "воспроизводящих" условия формирования ископаемых россыпей типа Витватерсранд.

Картина еще более усложняется под влиянием типа литогенеза: хрупкие и химически неустойчивые минералы (характеризующиеся низкими значениями константы гипергенной устойчивости Кгу, по Н.А.Шило), например, киноварь, оливин, демантоид, не способны формировать россыпи в обстановке теплого гумидного климата, но зато проявляют свои россыпеобразующие свойства в криогенных и аридных обстановках.

В результате различные россыпеобразующие минералы по-разному ведут себя в процессах переноса и переотложения (рис. 1.2) и накапливаются в том или ином динамическом типе россыпей (рис. 1.3). В дополнение к рис. 1.2 можно привести следующие цифры. Например, содержания киновари и вольфрамита в россыпях резко падают уже на расстоянии 0.5-1.5 км от коренного источника. Большинство россыпеобразующих минералов класса тантало-ниобатов сохраняются в россыпях в промышленных концентрациях на расстоянии не более 1.5-3 км от локального источника питания. Касситерит выдерживает транспортировку до 5-10 км, причем его концентрации быстро падают при переотложении, если при этом не происходит подпитки россыпи из коренного источника. Как ни парадоксально, минералы платиновой группы, несмотря на весьма высокую плотность, разносятся от коренного источника дальше, нежели золото, формируя россыпи протяженностью в несколько десятков километров, примером чего является россыпь рек Кондер-Уоргалан протяженностью более 30 км, значительная часть которой лежит за пределами питающего кольцевого массива. Устойчивые минералы умеренной плотности (3.2-4.7) и малой размерности (0.04-0.16 мм), накапливающиеся в комплексных россыпях тяжелых минералов, выдерживают более 10 циклов переотложения и формируют промышленные концентрации на расстоянии в десятки-сотни и более километров от области питания, практически теряя связь с породами-первоисточниками.

Представление об оптимальном уровне высвобождения россыпеобразующих минералов


Под высвобождением минералов, которое является важнейшей составной частью россыпеобразовательного процесса, понимается совокупность процессов дезинтеграции вмещающих пород, приводящих к сосредоточению полезного компонента в определенных классах крупности и обеспечивающих возможность его дальнейшей гравитационной сепарации в различных литодинамических средах, а также при применении определенных схем обогащения россыпей. Иначе говоря, высвобождение - это прямой показатель того, какая часть полезного компонента перейдет в россыпь, а какая будет рассеяна в обломках породы или в дисперсном виде, а также какова степень извлекаемости полезного компонента при отработке россыпи.

Высвобождение россыпеобразующих минералов складывается из: 1) обособления "рудных" обломков из вмещающей породы; 2) обособления россыпеобразующих минералов и их сростков из рудной массы; 3) дробления и химических изменений самих россыпеобразующих минералов в процессе выветривания и транспортировки. Первый их этих процессов обычно является начальной стадией процесса высвобождения, но только в том случае, если речь идет о россыпеобразующих минералах псаммитовой и алевритовой размерности, но при образовании россыпей валунного класса он сам по себе обеспечивает необходимый уровень высвобождения полезного компонента. Кроме того, как было показано Н.А. Шило, И.С. Рожковым, Р.М. Файзуллиным, Н.Г. Патык-Кара, эта стадия высвобождения обеспечивает более значительный латеральный разнос полезного компонента в валунно-галечной фракции, которая выступает как "резерв" дополнительной подпитки россыпей на удалении от коренного источника и за счет конгломератов промежуточных коллекторов. Для хрупких и химически неустойчивых россыпеобразующих минералов (киноварь, вольфрамит, танталит, пирохлор-гатчеттолит), наоборот, нежелательной является третья стадия.

Поэтому, вводя понятие об оптимальном уровне высвобождения как показателе степени обособления россыпеобразующих минералов, обеспечивающей наилучшие условия его концентрации и сохранности в россыпях, мы тем самым подчеркиваем, что высокая степень дезинтеграции пород (с участием кор химического выветривания) далеко не всегда является необходимым условием россыпеобразования. Например, для вольфрамита оптимальным уровнем высвобождения на склонах и в русловом потоке является дезинтеграция руды до стадии сохранения вольфрамит-кварцевых сростков гравийной и крупнопсаммитовой размерности, что предохраняет вольфрамит от быстрого истирания и рассеяния, но является достаточным для его гравитационной сепарации. Высокая степень высвобождения касситерита в окисленных рудах касситерит-сульфидной формации, отличающегося малой размерностью частиц, обеспечивает его концентрацию в элювиальносклоновых россыпях, но не благоприятна для формирования аллювиальных россыпей; вместе с тем, она способствует концентрации этого минерала в ореолах рассеяния, оторванных от коренного источника.

Механизмы концентрации россыпеобразующих минералов


Россыпеобразующие свойства минералов по-разному реализуются в зависимости от их плотности и крупности, а также свойств и параметров транспортирующей среды. Ю.В. Шумилов выделяет следующие механизмы концентрации россыпеобразующих компонентов в водноаллювиальной среде: (1) Гравитационной-диффузионный механизм (без существенного горизонтального перемещения россыпеобразующих частиц); суть его - проседание тяжелых частиц под влиянием колебательно-пульсационных движений в водно-аллювиальной среде. Наиболее близок процессу сепарации обломочных частиц в отсадочной машине. (2) Сегрегационный механизм - высвобождение рудных минералов непосредственно из пород плотика с одновременным удалением водным потоком более легких частиц, формирующее плотиковые россыпи, глубоко погруженные в трещины плотика. (3) Миграционно-остаточный механизм, при котором относительная концентрация тяжелых частиц в базальном горизонте активного слоя аллювия происходит за счет более быстрого удаления из него легких частиц. Этот механизм протекает в массе аллювия, приводимого в движение во время паводков; он обеспечивает продольное перемещение россыпеобразующих минералов (обычно плотностью менее 8-5 г/см3 -вольфрамит, касситерит, киноварь, тантало-ниобаты) и сопровождается постепенным уничтожением россыпи и рассеянием полезного компонента. (4) Миграционный механизм концентрации характерен для минералов умеренной плотности (обычно менее 4-5 г/м3); его формальными условиями, согласно Ю.В. Шумилову, являются малая разница между размером частиц матрицы и россыпеобразующих минералов и меньшая гидравлическая крупность последних по отношению к вертикальной составляющей скорости течения водного потока. R. Slingerland также предложил различать четыре основных механизма сортировки кластогенных частиц, приводящие к формированию россыпей (рис. 1.4), которые, по своей сути, являются аналогами механизмов, описанных Ю.В.Шумиловым, а именно: 1) сортировка "извлечением" (entraiment sorting) (ср. миграционный механизм); 2) сортировка "отсадкой" (shear sorting) (ср. гравитационно-диффузионный механизм); 3) сортировка в процессе транспортировки ("transport sorting") (ср. миграционный механизм); 4) сортировка при выпадении из взвеси (suspension sorting).

Из последних работ, в которых рассматриваются процессы транспортировки и сортировки тяжелых кластогенных частиц в водном потоке, следует особо отметить обобщение П. Карлинга и Р. Брэкспира, посвященное механизмам и факторам концентрации тяжелых минералов и россыпеобразования в гравийно-галечном аллювии, в частности, стадиям этого процесса при различном динамическом состоянии руслового потока.

Условия концентрации кластогенных минералов меняются и при переходе от одной транспортирующей среды к другой, например в воздушной среде, плотность и вязкость которой многократно отличается от соответствующих параметров водной среды, что приводит к вторичной "рассортированности" ассоциаций шлиховых минералов и нарушению в дюнных комплексах корреляционных связей между минералами, сложившимися в пляжевых и донных россыпях, за счет которых они образовались. Именно меньшая плотность и вязкость воздушной среды обеспечивает возможность образования остаточных россыпей золота ("россыпей выдувания") мелко-псаммитового класса крупности (по данным 3.В. Никифоровой и В.Е.Филиппова), что практически невозможно в водно-аллювиальной среде.

Концентрация и рассеяние минералов при образовании россыпей


Концентрация и рассеяние россыпеобразующих минералов чаще всего рассматриваются в литодинамическом аспекте в крупном масштабе - “channel-scale" - с учетом свойств конкретной транспортирующей среды. Совершенно иной подход требуется для оценки процесса концентрирования при переходе к среднему масштабу, например к речным долинам, развитие которых, как было показано В.И. Кленовым, "запускает" те или иные механизмы концентрации россыпеобразующих минералов в геологически более значимые отрезки времени, отвечающие периоду развития данной долины. Важно подчеркнуть, что струйчатость (или гнездовая структура) россыпи, как исторически сложившегося геологического тела, отражает уже не особенности транспортирующей среды, а влияние факторов иного порядка, а именно пульсационный характер развития врезающейся долины, в процессе которого происходит изменение ширины и положения днища долины относительно питающего источника, а также особенности распределения россыпеобразующих минералов в эродируемом объеме.

Главным недостатком большинства попыток описать условия концентрации россыпеобразующих минералов, как справедливо указано еще в работе В.Ю. Шумилова, является стремление оценить этот процесс с позиций транспортировки в водно-аллювиальной среде, а также, добавим, на примере достаточно узкого класса минералов (обычно золото, алмазы, касситерит, иногда минералы платиновой группы). Расширение спектра анализируемых россыпеобразующих минералов и минеральных типов россыпей, равно как и выявление "нетрадиционных" типов россыпей, неизбежно вскрывают ограниченность этих представлений, на что обращалось внимание ранее.

Проблема рассеяния и концентрации россыпеобразующих минералов имеет два аспекта - геохимический и седиментологический (литогенетический), С геохимических позиций, в узком смысле, россыпи представляют собой разновидность механических ореолов и потоков рассеяния. Большинство из них, согласно классификации В.В. Поликарпочкина, относится к крупнообломочным и псаммитовым (шлиховым), а меньшая, но также весьма существенная, часть - к дисперсным ореолам и потокам рассеяния, образованным частицами алевритовой размерности. Процессами геохимической трансформации вещества, протекающей в россыпях на стадии их формировании и в пострудный период, обусловлены также потоки и ореолы рассеяния, образованные подвижными формами элементов. Они не только парагенетически связаны с самими россыпными концентрациями и являются их индикаторами, но и, как показал А.Д. Коноплев с соавторами, при определенных условиях участвуют в формировании рудного профиля россыпного месторождения.

В более широком аспекте процесс формирования россыпей подчиняется общему закону энтропии - стремлению элементов (минералов) к упорядоченному состоянию, которым является состояние равномерного рассеяния в окружающем пространстве и, как частный случай, увеличение их дисперсности. Поэтому процессы механической концентрации россыпеобразующих минералов в осадочных породах в денудационноаккумулятивных циклах следует рассматривать как отклонение от закона энтропии, вызванное стремлением минералов, обладающих близкими геохимическими и физико-химическими свойствами, занять близкую позицию в определенных обстановках и при определенных параметрах транспортирующей среды. Это заставляет нас рассматривать россыпеобразование как частное проявление общего геохимического закона противостояния двух противоположных тенденций -рассеивания и концентрирования элементов в геохимическом цикле.

С этих позиций главную тенденцию процесса формирования россыпей е ходе эволюции земной поверхности можно охарактеризовать как концентрацию на пути рассеяния. Эта тенденция особенно хорошо проявляется при совместном рассмотрении всего спектра россыпеобразующих минералов, обладающих различной способностью сохраняться в условиях переноса и переотложения и концентрироваться в россыпях в промышленных количествах. Как указывалось выше, число таких минералов сегодня оценивается как близкое к 40 (см. таблицу 1.1), причем, как указывалось выше, более 20 из их числа формируют собственные месторождения, а около 15 минеральных видов россыпей относятся к главным промышленным типам россыпных месторождений.

Напомним, что именно рассмотрение широкого круга редкометалльных россыпеобразующих минералов, концентрирующихся в россыпях при разных параметрах транспортирующей среды и в разных структурно-седиментационных обстановках, и позволило С.И. Гурвичу выделить два типа россыпей: а) россыпи относительной концентрации - редкометалльные россыпи ближнего сноса, содержания полезного компонента в которых в несколько (5-10 и более) раз ниже такового в коренных источниках; б) россыпи абсолютной концентрации - комплексные россыпи тяжелых минералов, где содержания полезных компонентов в десятки(циркон)-сотни(монацит) раз превышают исходное их содержание в материнских породах.

Далее мы постараемся показать, что отклонения от общего закона энтропии, обеспечивающие формирование промышленных россыпей разного масштаба, достигаются за счет влияния факторов, нарушающих процесс рассеяния, из которых главными являются локальные структурно-седиментационные ловушки.

Граничные условия концентрации россыпеобразующих минералов


Рассматривая граничные условия концентрации россыпеобразующих минералов, следует помнить, что основные положения геологии россыпей были первоначально разработаны преимущественно для россыпей шлихового класса, в которых полезные россыпеобразующие минералы присутствуют в основном в виде зерен гравийной и крупно-среднепесчаной размерности (золото, минералы платиновой группы, алмаз, касситерит, вольфрамит и др.), реже в виде более крупных обособлений ("самородков"). Между тем, если рассматривать весь минеральный спектр россыпных месторождений, нетрудно видеть, что крупность частиц обломочных минералов в россыпях колеблется в весьма широких пределах (рис. 1.5).

При этом диапазон крупности россыпеобразующих частиц определяется двумя не связанными между собой группами факторов. С одной стороны, это свойства самих россыпеобразующих минералов, которые, в свою очередь, определяются: а) исходными особенностями их выделения в рудах и породах, т.е. особенностями россыпеобразующих рудных формаций; б) их миграционной способностью, которая зависит от энергетического состояния структуры и плотности упаковки атомов в минерале. Оба этих фактора подробно рассмотрены в многочисленных работах, посвященных как отдельным минеральным типам россыпей, так и общей теории россыпеобразования, и обобщены Н.А. Шило.

Ho, с другой стороны, от внимания исследователей зачастую ускользает тот факт, что оценка крупности россыпеобразующих минералов отражает также требования промышленности, предъявляемые к тому или иному виду сырья. Для большинства металлов крупность частиц россыпеобразующих минералов, в состав которых они входят, не имеет значения; определенные ограничения накладывают только возможности технологических схем обогащения и извлечения обогатительных установок (это особенно отчетливо проявляется при оценке россыпей, сложенных мелкими и тонкими классами минералов, - МТЗ, касситерит и др.). В других случаях крупность выделений россыпеобразующих компонентов играет определяющую роль. Например, для россыпей пьезооптического сырья, ювелирных и ювелирно-поделочных камней достаточно крупные выделения минералов являются необходимым условием их возможного использования и, следовательно, основанием для рассмотрения данного скопления в качестве возможного россыпного месторождения. Для россыпей агатов, жадеита, янтаря основным продуктивным классом является класс +2 см (галька), а для россыпей нефрита, а также ископаемой мамонтовой кости - даже валунный класс.

Поэтому при оценке граничных условий промышленных концентраций того или иного минерала в россыпях должны учитываться требования промышленности. Характерно, что один и тот же россыпеобазующий минерал может формировать промышленные концентрации в совершенно разных условиях. Одним из первых, кто обратил на это внимание, был С.И. Гурвич, показавший на примере ильменита, что последний образует две разобщенные области концентрации в общем потоке миграции обломочного вещества. Ильменит рудоносных габбро-анортозитовых массивов, формирующий элювиальные и аллювиальные россыпи ближнего сноса (Иршанская группа в области Коростенского плутона в Украине, россыпи бассейна р. Ай на Урале, Катэнской группы на хр. Сихоте-Алинь), сохраняется в промышленных концентрациях на расстоянии первых километров от источника питания, после чего его содержание в россыпях заметно снижается за счет истирания самого минерала и разбавления аллювия "пустой породой". Совершенно иные граничные условия определяют возникновение промышленных концентраций ильменита крупностью -0.16+0.04 мм в прибрежно-морских россыпях дальнего переноса. Как известно, для них многократное переотложение рудных минералов не только не препятствует концентрации, но и является одним из главных факторов россыпеобразования.

Еще более отчетливо эта особенность выступает при оценке граничных условий концентрации кварца, который в виде зерен гравийно-песчаной размерности сохраняется в условиях многократного переотложения, формируя в конечном итоге олигомиктовые и даже мономиктовые псаммитовые формации, представляющие собой финальные парагенезисы на пути миграции обломочного вещества псаммитовой размерности. То же можно сказать о гальке кварца и кварцита, доминирование которой в осадочных формациях является указанием на образование последних за счет кор выветривания и/или высокозрелых осадочных промежуточных коллекторов. Однако эти свойства минерала теряют свой смысл, если объектом изучения и промышленной оценки являются россыпи пьезокварца или аметиста, для которых имеют значение размер, сохранность и масса моноблоков (от 0.1 до 1 кг и более). Известно, что эти россыпи локализуются в самых верхних звеньях долинной сети, обычно в логах I-Il порядка в непосредственной близости от питающих их камерных пегматитов и кварцевых жил (ложковые россыпи пьезокварца Южного Урала).

Необходимо также учитывать, что россыпи одного и того же класса (по крупности выделения полезного компонента) могут возникать на разных отрезках общего миграционного потока обломочного вещества: как непосредственно на месте разрушения коренного месторождения или вблизи него, так и на значительном удалении. Например, валунно-галечные россыпи далеко не всегда представляют собой элювиальные и элювиально-склоновые концентрации, тесно связанные с локальным коренным источником, как, например, элювиальные хромитовые "валунные руды" Саранского месторождения или курумовые развалы нефрита в элювиальных россыпях Оспинского и Улан-Ходинского месторождений. К остаточным скоплениям относят также валунные россыпи хромитов на абразионных платформах и пляжах Орегона или остаточные россыпи ископаемой мамонтовой кости на ветровых осушках Арктики. Многие из валунных россыпей формируются и на значительном удалении от источника сноса, часто за счет переотложения из более древних осадочных формаций, которые являются для них промежуточными коллекторами. Примерами могут быть галечно-валунные россыпи жадеита в неогеновых конгломератах аллювиального генезиса Бирмы, косовые россыпи агатов (р. Норы в Амурской области, Тулдунекая и др. в Бурятии и др.), бечевниковые россыпи рисунчатых кремней, возникающие при перемыве морены на Русской платформе. В качестве важнейшего агента формирования россыпей валунного класса на значительном расстоянии от их первоисточника обычно выступают ледники. Большинство протяженных аллювиальных россыпей нефрита сформировано при участии ледового и водно-ледового переноса, обеспечивающего в зависимости от масштаба горно-долинного оледенения разнос нефритовых валунов массой в несколько тонн (первые десятки тонн) на расстояние в десятки и сотни километров от материнского массива ультрамафитов (Восточный Саян),

То же можно сказать о "тонкодисперсных" россыпях, т.е. о россыпях, образованных частицами полезного компонента крупностью менее 0,1 мм. Для них также характерна определенная бимодальность распределения на общем пути миграции обломочного вещества. Это видно на примере россыпей мелкого и тонкого золота (МТЗ). Среди последних выделяются два основных типа скоплений, формирующие промышленные россыпи или рассматриваемые в качестве потенциальных россыпей: а) россыпи МТЗ в высокоглинистых образованиях переотложенной коры выветривания, которые представляют собой типичные россыпи ближнего сноса (например, россыпь Куранах на Алдане); б) концентрации МТЗ в дальнепереносных флювиогляциальных гравийно-галечных толщах и в тонкопесчаноалевритовых формациях долин высокого порядка и конечных бассейнов седиментации, где золото накапливается вместе с минералами титаноциркониевых россыпей.

Ранее мы обращали также внимание на различия гидродинамических режимов малых озер и крупных бассейнов, которые определяют области концентрации редкометалльных минералов малой размерности, обладающих разной миграционной способностью. Эти минералы накапливаются, с одной стороны, а низкоэнергетических обстановках малых водоемов в непосредственной близости от источника питания (пирохлор, попарит и др.), а с другой - на значительном удалении от источников питания в высокоэнергетических обстановках крупных рек, береговой зоны и литорали (монацит и ксенотим в комплексных россыпях тяжелых минералов),

В целом, вообще следует подчеркнуть неоднозначное влияние такого фактора, как многократное переотложение материала, которое в одних случаях ведет к "разубоживанию” россыпей (касситерит, вольфрамит, киноварь, пирохлор и др.), а в других - наоборот, повышает промышленную ценность россыпей за счет улучшения качества сырья. Это свойственно россыпям алмазов и других ювелирно-поделочных камней, где в процессе переноса за счет разрушения дефектных кристаллов происходит естественное "облагораживание" сырья. Некоторые виды сырья, встречающиеся в россыпях, вообще приобретают ценные свойства только при переотложении в определенной среде. Это характерно, например, для янтаря, который приобретает необходимые свойства только в прибрежно-морских россыпях, поскольку именно в морской среде в янтаре происходит накопление свободной янтарной кислоты, повышающей его качество как ювелирного сырья. Многократное переотложение минералов повышает также качество цирконовых концентратов, получаемых из комплексных редкометалльно-титановых россыпей, поскольку способствует истиранию и преимущественному удалению метамиктных радиоактивных цирконов. Можно привести и противоположный случай, характерный для ильменитовых россыпей анортозитовых массивов; так, по данным Л.Б. Зубкова, вынос железа из ильменитов с постепенным повышением содержания диоксида титана от 54-57% до 60-63% сопровождается снижением магнитной восприимчивости минерала, что усложняет технологию обогащения рудных песков.

Таким образом, рассмотрение широкого спектра минеральных типов россыпей показывает, что возникновение промышленно ценных концентраций россыпеобразующих компонентов может осуществляться в широком диапазоне условий и на разных отрезках денудационно-аккумулятивного цикла.

Имя:*
E-Mail:
Комментарий:
Информационный некоммерческий ресурс fccland.ru © 2019
При цитировании и использовании любых материалов ссылка на сайт обязательна